Информационно-практический журнал
25.09.2017
Официальный взгляд

Интересно, что в первые годы пожертвования поступали главным образом на сохранение природного наследия. В числе первых NT получил в свое владение земли в Lake District (Озерный край). Эту изумительную по красоте местность на севере Англии надо было защитить от промышленной экспансии, не дать построить там железные дороги и т.д. Свою первую загородную усадьбу трест приобрел в 1903 году, вторую – только в 1946-м. В 1937 году британский парламент принял закон, позволявший владельцам загородных домов, которые оказывались не в состоянии платить высокий налог на наследство, передавать в собственность NT земельные участки с расположенными на них строениями. NT, таким образом, получал права собственности на эти объекты, но с одним условием: их бывшие владельцы оставались там жить.

В 1940-е, 1950-е, 1960-е и первой половине 1970-х годов разрушение загородных домов и усадеб в Великобритании приобрело ужасающие масштабы. В то время в британском обществе царили модернистские настроения, люди требовали социальных перемен, послевоенное правительство в Британии было социалистическим, проводилась национализация железных дорог, старинные здания сносили, а на их месте строили современные.

И вот, в 1950-х, когда уничтожалось чуть ли не по усадьбе в неделю, количество загородных усадеб, передававшихся в собственность NT, стало расти. К 1970 году в портфеле NT находилось уже порядка 200 таких объектов. 

А в середине 1970-х в Британии начались перемены. NT, общественные активисты, политики и СМИ развернули широкую кампанию по привлечению интереса к историческому и природному наследию. Выходили телевизионные передачами, работали дизайнеры, модельеры. В конце концов в результате этой кампании вкусы нации стали меняться. Британцев научили ценить свою старину, свое наследие. Эта тенденция совпала и с другой – ростом общественного благосостояния, когда всё больше людей покупали автомобили. Сочетание этих факторов привело к тому, что в обществе возникла, если хотите, мода на посещение старинных усадеб.

До 1975 года в NT насчитывалось всего несколько сотен тысяч членов организации, которые за определенный взнос получают право свободного посещения всех объектов NT. Сейчас же членами фонда стало уже около 5 млн членов – это 8–9% населения нашей страны. А в отдельных районах – например, в некоторых провинциальных городах в окрестностях Лондона, где число исторических объектов выше, в NT входит каждый третий. 

Несмотря на рост популярности, к 2005 году оборот NT составлял 250 млн фунтов, но прибыльность наших активов оставалась довольно невысокой – ориентировочно, 1,85 млн, менее 1%. Иными словами, в экономическом отношении проект оставался неэффективным. Это была серьезная проблема, и ее надо было решать. Я предложил программу по повышению прибыльности, в рамках которой мы осуществили два важных шага: во-первых, прекратили рассматривать NT как некую туристическую организацию, но вспомнили, с чего начинали: сохранить культурное наследие для народа. Сейчас мы не стремимся к тому, чтобы давать туристам исчерпывающую информацию об объекте, его архитектуре, организовывать долгие экскурсии, пространные лекции и тому подобное. Нет. Мы хотим, чтобы люди приезжали туда отдохнуть и приятно провести время. Отсюда – больше внимания строительству гостиниц, магазинов, ресторанов, организации концертов и созданию иной инфраструктуры. То есть для местного населения наши объекты становятся своего рода бизнесобразующими.

Второй момент, связанный с первым, состоит в том, что директора наших объектов, замечательные историки и хранители исторического наследия, вместе с тем не являлись эффективными менеджерами. Поэтому мы запустили программу подготовки сильных управленцев, предпринимателей. Они по-прежнему получают зарплату, в их распоряжении нет свободных средств, но управление объектом эти люди уже воспринимают как управление бизнес-проектом. За 12 лет нам удалось полностью перестроить деятельность, и сейчас с оборота 500 млн мы получаем прибыль 100 млн – это уже 20%. Теперь мы имеем возможность каждый год реинвестировать в развитие нашего бизнеса. Наш принцип сегодня – мы зарабатываем деньги, чтобы их тратить. Если есть некий затратный проект, например дорогостоящая реставрация, у нас есть средства, которые мы можем в него вложить. 

Мы не получаем никакой финансовой поддержки от государства. И когда в наши руки попадает объект, требующий больших капитальных вложений, мы не обращаемся к правительству с просьбой дать нам денег на его реставрацию, а решаем, как нам самим заработать эти средства. 

Разрабатывая стратегию, мы задавались простым вопросом: где именно существует наиболее острая потребность в сохранении наследия? И оказалось, что в первую очередь это экология. Строительный бум и промышленное сельское хозяйство привели к тому, что природа стала гибнуть. И потому в ближайшие пять лет на земле, принадлежащей NT, мы будем проводить мероприятия по восстановлению природной среды. Затем постараемся распространить этот опыт. Мы постоянно думаем, как заинтересовать публику. Сейчас людям скучно, когда им просто сообщают: «Это – картина Рейнольдса, а это – стол, который в 1754 году изготовил сам Томас Чиппендейл». Мы ищем другие подходы, другие решения. Например, в этом году исполняется 100 лет с тех пор, как женщины в Британии получили право голоса, и мы рассказываем о наиболее известных женщинах, живших в усадьбах, которые принадлежат сегодня NT. 

Третий важный момент: мы поняли, что в особой заботе нуждаются сейчас не столько дворцы, соборы, крупные усадьбы, сколько объекты, любимые местным населением, – условно говоря, объекты местного значения. И именно они сейчас находятся под угрозой. Например, сегодня, когда правительство сокращает расходы, приходят в упадок городские парки. Поэтому в сотрудничестве с городскими советами мы разрабатываем программы, в рамках которых город передает парк благотворительной организации, которая получает пожертвования от частных лиц, гранты от государства и могла бы управлять объектом более эффективно и сделать его прибыльным. Такие программы стали возможными тоже благодаря нашему коммерческому успеху – теперь мы можем заниматься не только управлением нашей недвижимостью.

Сейчас NT как бизнес-проект занимается тщательным изучением рынка и его потребностей. У нас работает команда аналитиков, которые смотрят, как далеко готовы люди путешествовать в свои выходные, на что они готовы тратить деньги. Сегодня мы понимаем потребности нашего рынка, потребителей наших услуг лучше всех прочих игроков. Мы управляем NT, как компанией, с той только разницей, что мы – некоммерческая организация и потому должны тратить заработанные деньги. 

Конечно, нередко возникает противоречие между сохранением наследия и коммерческими интересами.  И в таких случаях мы идем на определенные компромиссы. Предположим, сам дом и окружающий его парк привлекают по 500 тыс. посетителей в год. Возникает необходимость инвестировать в инфраструктуру – строительство парковок, ресторанов. Это, в свою очередь, может создавать угрозу для сохранения объекта. И в этом случае мы задействуем нашу методику, которая называется «Дух места». Все, кто управляет объектом, решают, в чем именно заключается «дух» этого места, что именно делает его уникальным, и подписывают соглашение, что не станут осуществлять деятельность, которая может нанести «духу места» какой бы то ни было ущерб. Это служит своего рода защитой от чрезмерной коммерциализации. Именно по таким соображениям мы прекратили проводить в наших объектах крупные мероприятия, концерты. Огромное число посетителей наносит ущерб памятнику, кроме того, люди приезжают туда просто потому, что там проводится мероприятие, и никак не интересуются самим местом. Проведение подобных мероприятий приносит так называемые быстрые деньги, большая часть которых пойдет к тому же не на сохранение объекта наследия, а организаторам мероприятия. Учитывая все риски, мы не считаем такой формат целесообразным. 

Саймон Мюррей,

заместитель генерального директора National Trust

«Стеклышки мозаики, которых нет на земле…»

Известный подводный археолог Александр Окороков, доктор исторических наук, заместитель директора по научной работе Российского научно-исследовательского института культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева, руководитель авторского коллектива Свода объектов подводного культурного наследия России – о том, как развивается это направление научных...
24.09.2017

Псковские хоромы

В Пскове сохранилось несколько жилых зданий, датируемых XVII веком
03.02.2015

«Достижения государства и лучших граждан страны»

«Достижения государства и лучших граждан страны» Спортивно-историческое наследие сплачивает общество, уверена директор Государственного музея спорта Елена Истягина-Елисеева       80 тысяч экспонатов, 300 из которых уникальны. Первое место в мире по плотности спортивных ценностей и раритетов на 1 кв. метр. Кубки, инвентарь, медали, олимпийская форма…...
30.05.2018

«Из-под слоя ила выглянуло строгое лицо»

Сергей Ольховский (заведующий Центром подводного археологического наследия Института археологии РАН) рассказывает об уникальной находке из Керченской бухты, о кораблях и подводных камнях нашего законодательства.
25.09.2017

«Короткие деньги» не помогут

Сначала National Trust ставил перед собой достаточной узкую, но вполне конкретную задачу сохранить для народа уникальные объекты – и природные, и созданные человеком: береговую зону, сельскую местность и объекты недвижимости.
25.09.2017

«Крепкий город» Гдов

Гдов некогда был крупнейшим псковским пригородом и выступал северным
16.02.2015

«Москва не будет музеем старины»

Неопубликованное письмо академика Щусева в Президиум Моссовета. 1925 У нас премьера рубрики «Документ». Мы публикуем письмо академика архитектуры А.В. Щусева в Президиум Моссовета, написанное в ноябре 1925 г. Документ (ЦГАМО, фонд №11 Моссовета, опись 11 Б Секретная, дело 1734) любезно предоставлен редакции историком Л.Р. Вайнтраубом. 
08.11.2017

«Сеульский строитель» Афанасий Середин-Сабатин

  В Москве в Музее русского искусства – усадьбе Струйских открывается экспозиция «Русский зодчий Афанасий Середин-Сабатин: у истоков современной архитектуры в Корее». Чем замечателен герой этой выставки и почему в Корее до сих пор чтят память о русском архитекторе? В 1876 году Корея открылась внешнему миру, вступила в Новое время и пережила...
05.02.2018

«Составьте график сноса всех храмов и Смоленского кремля, а я вам бульдозеры пришлю»

Древние смоленские храмы и часть знаменитой крепостной стены было решено снести к 1110-летию города. Отстояла их хрупкая женщина – Нина Сергеевна Чаевская, которой в будущем году исполняется 100 лет
13.11.2017

8 889 памятников и 14 миллиардов рублей

Русское деревянное зодчество в цифрах, фактах, прогнозах и воспоминаниях В России почти девять тысяч памятников деревянного зодчества. Но сегодня многие из них, неизменно привлекая внимание туристов и специалистов, находятся в ужасном состоянии и медленно гибнут. А некоторые и мгновенно – из-за отсутствия должных мер безопасности или в результате...
12.10.2018