Информационно-практический журнал
30.10.2019
Новости

Примерно полтора десятка лет назад, когда мне довелось, выиграв грант Шведского института, учиться в 50 километрах от Умео, наша школа организовала поездку по северным городам – Лулео, Шеллефтео и Питео, где в выставочном центре Nolia проходила знаменитая местная ярмарка. Шумели посетители, бойко шла торговля местным съестным, шведское общественное телевидение SVT вело прямые трансляции и съемки отдельных программ прямо на площадке ярмарки – городской праздник был в самом разгаре.

Однако не ярмарка привлекла тогда мое внимание – гораздо интереснее оказалось самостоятельно побродить по Питео (городской статус – с 1621 года), благо город ококазался по московским меркам совсем небольшим – чуть больше 20 тысяч человек населения. Находится Питео в регионе Норрботтен, на берегу северной части Ботнического залива, в устье реки Пите. «A°» («о») – по-шведски «местная речка», то есть Пите-о – речка Пите, так переводится название.

Самой старой сохранившейся постройкой оказалась кирха, воздвигнутая в далеком 1686 году еще при Карле XI (отце печально известного Карла XII) и пережившая множество различных баталий и следовавших за ними пожаров. Основными и самыми кровопролитными из них были конечно же шведско-русские.

Дневной свет хорошо освещал основное помещение абсолютно пустой церкви, и было так тихо и умиротворенно, что только звук моих шагов гулко раздавался под старинными сводами кирхи. Я даже не сразу заметил икону Божией Матери справа перед алтарем на особенном, почетном месте. Она была совершенно неожиданной в этой скромной лютеранской обстановке, но при этом будто всегда здесь и находилась.

Перед иконой ярко горела лампадка, масло в которой явно обновлялось регулярно. Вскоре появилась и тетушка, чьим заботливым рукам была обязана и лампадка, и вся церковь. Моя новая собеседница тогда рассказала, что русская икона здесь появилась давно – когда и не помнит. Но произошло это неслучайно и связано с глубоким уважением местной общины к русским солдатам, которые на излете великой Северной войны далекой весной 1721 года сожгли весь город, но сохранили церковь. «Значит, Божий у вас народ», – добавила она, узнав, что я из России.

Потом мы вышли с ней на улицу и недолго гуляли вокруг. Неподалеку от церковного здания среди рядов надгробий уважаемых жителей и почетных горожан возвышался небольшой камень, отнесенный чуть поодаль от основных захоронений. Мой взгляд сразу привлекла табличка на нем, гласившая: «Здесь, вдали от родины, покоятся русские солдаты. Болезни и лишения унесли их жизни. 1809». Это захоронение оказалось братской могилой погибших или умерших от ран участников боевых действий 1809 года, последней войны Швеции с Россией (да и с кем-либо еще). Финляндия тогда вошла в состав Российской Империи, а Швеция начала долгий путь к своей экономической модели.

Уже в Умео, административном центре другого региона – Вестерботтена– рядом с главной городской кирхой я обнаружил могилу подполковника шведской армии Й. С. Дункера (1774–1809), погибшего в сражении при Гернефорсе 4 июля 1809 года. Надгробие оказалось намного интереснее, когда я его обошел со всех сторон. На правой стороне было начертано: «Здесь упокоился и русский казачий командир Орехов, который пал за свою родину». А слева значилось: «Враги пали героями. Друзьями лежат они здесь». Как выяснилось, шведы похоронили обоих в одной могиле – и своего Дункера, и его противника – казачьего полковника Орехова, погибших на одном поле боя.

И таких «адресов» в одной только Швеции множество – Висингсе (Йенчепинг), Питео, Лулео и Каликс, озеро Вирихауре, Эверлулео, Эвертурнео, Арьеплуг, Йокмокк, Каресуандо, Шиннскаттеберг, Бюринге, Карлсвик, Лунд, Мальме и, конечно, Стокгольм. А сколько их разбросано по всему миру? Города, территории, страны – это, прежде всего, люди. Именно их глазами мы обычно видим архитектурные памятники, сады и парки, реки и горы. По-новому слышим оперы и симфонии в Милане, Лондоне и Париже, познаем «преданья старины глубокой» и начинаем ценить современное искусство. Культура любой страны – это прежде всего люди, хранители историй и традиций, передающие их из поколения в поколение и от гостя к гостю.

Но люди там, за пределами России, не только местные. Это и наши солдаты, офицеры, генералы, отдавшие свою жизнь и похороненные вдали от родины, наши писатели, государственные деятели, философы, священники, вынужденные бежать от родных мест и упокоившиеся в предместьях Константинополя, Парижа, Венеции, Рима… Наши предки, наши родные, «соль земли». Будем их помнить, когда ездим по миру.  

 Культура любой страны – это прежде всего люди, хранители историй и традиций, передающие их из поколения в поколение и от гостя к гостю