Информационно-практический журнал

Алексей Крашенинников, директор Научно-образовательного центра «Урбанистика», профессор МАрхИ


В первой половине ХХ века в градостроительстве восторжествовал принцип жесткого зонирования, закрепляющий строго определенные функции за участками городской территории. В ответ на упрощенный подход к архитектуре и в поисках утраченной городской среды проявились запросы на гуманность, человеческий масштаб, сохранение исторического наследия и формирование «публичных пространств».


Но и эти «нефункциональные» зоны в условиях централизованного городского хозяйства получили нормативные требования, их стали «прописывать» во всех случаях. В результате общественные пространства превратились в псевдообщественные, работающие по специально организованным праздникам, и оказались невостребованными большую часть времени. И вот в последние пять – десять лет мы опять наблюдаем возвращение интереса к «динамичным, инклюзивным традиционным общественным пространствам», поскольку стала очевидной их роль в решении важных социальных, экономических и экологических вопросов.

В профессиональной культуре архитектурного проектирования интерьер города строится как пространственная композиция – с целью получить содержательный, выразительный, запоминающийся строй образов, состоящий из отдельных кадров.

Кадры видовых точек собираются в «фильм», обладающий содержанием и сюжетом.

В ходе проектирования важно выявить особенности территории, устройства визуальных коридоров, панорам, воспринимаемых с дальнего расстояния.

Реальное использование территории объясняется комплексом культурных парадигм, которые имеют пространственное выражение в архитектуре зданий и облике открытых пространств. В процессе социальной практики городские пространства трансформируются и составляют телесный каркас городской среды. Пространство города объединяется транспортно-коммуникационным каркасом, который играет роль несущего остова для городской ткани. Коммуникационный каркас является наиболее устойчивой к изменениям частью планировочной структуры города. Как и в биологических объектах, каркас градостроительной системы формирует условия развития для «ткани», а «ткань» создает условия для подвижной и изменчивой «плазмы» городской среды.

Структурная дифференциация градостроительных систем на каркас, «ткань» и «плазму» может быть использована для анализа и понимания строения городской среды. «Плазма городской среды» образована микропространствами мест нахождения людей; «ткань городской среды» соткана из мезопространств площадей и бульваров, окруженных кварталами зданий и инфраструктурой улиц; «каркас городской среды» представляет опорную структуру из магистралей, набережных и других пространственных разделителей, внутри которых территория подразделяется на макропространства анклавов, районов и округов.

Обитаемое пространство города включает как места повседневной активности, так и локусы уникальных событий, в том числе ярмарок, фестивалей, маскарадов, праздников и т.п. Городская среда пешеходных ареалов формирует соединительную ткань культурного ландшафта, которая «потребляется» горожанами на основе сочетания субъективных психологических факторов (принадлежности, открытости, воспоминаний) и объективных критериев: доступности, связанности. Планировщики изучают градостроительную ситуацию при помощи структурного анализа. Схема природного комплекса в масштабе города обычно выглядит, как дерево из рек и притоков, объединяющих участки с живой природой.

Схема транспортной и инженерной инфраструктуры в градостроительных планах обычно выглядит, как сеть или решетка, образованная дорогами и улицами. Структурная схема общественных пространств будет выглядеть, как губка, состоящая из анклавов, районов и округов, обладающих различной доступностью и связанностью для населения.

На уровне генерального плана структурными элементами губки выступают макропространства; на уровне проектов планировки важно представление о переплетении мезопространств с различным социальным статусом; на уровне городского дизайна и благоустройства микропространства подскажут оптимальные параметры элементов благоустройства и озеленения.

Когнитивная урбанистика исследует то, как человек оперирует знаниями о городской среде – усваивает их, запоминает, извлекает, передает другому человеку, использует при проектировании. В когнитивной урбанистике, в дополнение к классическим приемам градостроительного проектирования, предлагается учитывать различные модели поведения и восприятия городской среды, обусловленные когнитивными особенностями различных социальных групп. Имеют значение людность, оживленность, связанность мест и людей, отношения собственности и социальный статус участков территории. Люди оценивают, представляют, структурируют смыслы, опровергают, переворачивают замыслы, добавляют мифическое содержание и оспаривают логику градостроительного планирования.

Культурный ландшафт всегда принадлежит определенной социальной общности (группе, обществу, этносу и т. д.).

Передающиеся от поколения к поколению уклад жизни и принятые нормы средового поведения интегрированы с городским пространством и вместе составляют средовые комплексы, которые являются застывшим выражением городской культуры. Развитие и гармонизация общественных пространств с высоким градостроительным потенциалом места, сохранение аутентичных объектов наследия позволит трансформировать городскую среду, существенно повысив ее узнаваемость.