Информационно-практический журнал

Артем Демидов,

председатель Центрального совета ВООПИК

Ключевое понятие в современной экономической науке – понятие ценности (value). И если, например, такие ценности, как здоровье человека, его безопасность и благополучие - конкретны и осязаемы, то историко-культурное наследие представляет собой явление более сложного порядка.


Наследие – ценность, требующая осознания. Пожалуй, в этом и заключается главная миссия Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры – вовлечь как можно больше граждан страны в процесс осознания ценности наследия.
 При этом важно выйти за пределы узкого круга людей, для которых наследие уже имеет значение и смысл. Сфера охраны наследия во многом замыкается на сложившемся экспертном и профессиональном сообществе, деятельности государственных структур, отдельных общественных организаций и активистов. Она практически не обращена к широким массам и новым аудиториям. Сохранение памятников сегодня не является осознанной потребностью для подавляющего большинства наших сограждан.
Целый пласт историко-культурного наследия гибнет на глазах, не имея в обозримом будущем перспектив государственного финансирования или экономического потенциала для передачи частным владельцам. Такая ситуация не является типично российской. Она характерна для большинства стран мира. А потому во всем мире памятники сохраняются при самом активном участии гражданского общества. Это могут быть мероприятия по их фотофиксации и учёту, исследованию, выявлению и постановке под государственную охрану, сбору средств на «народную» реставрацию, привлечению добровольцев (волонтёров) к спасению и сохранению отдельных объектов и их территорий.
Считается, что основными мотивами участия человека в волонтёрской деятельности являются получение жизненного опыта, приятная компания, желание сделать «что-то доброе и хорошее». Мы в этом убедились на собственном опыте. В 2016 году возродили волонтёрское движение в защиту и сохранение наследия, открыли соответствующую школу и лекторий. Казалось бы, приходить работать и учиться должны уже знакомые лица. Но нет. Подавляющее большинство участников оказались абсолютно новой аудиторией, практически не погруженной в нашу тематику. Получается, что участие в подобных волонтёрских проектах для многих становится первым шагом на пути к осознанию ценности наследия. Затраченные усилия и собственный труд человек, как правило, ценит гораздо больше, чем абстрактные идеи. Получается, что развитие добровольчества – это не просто спасение безнадежных объектов, а высокоэффективный способ популяризации историко-культурного наследия среди широких масс.
Так почему наследие представляет собой ценность, в чём эта ценность выражается для конкретного человека? Ответ, вероятно, в особом свойстве наследия: быть, с одной стороны, воплощённым памятником, «свидетелем» прошлого, а с другой – средой обитания современного человека, которому свойственно и преобразовывать и сберегать своё окружение. Поэтому в первую очередь человек защищает свой двор, любимый фонтан (рядом с ним состоялось первое свидание!), другие воспоминания, ищет уважительные причины для сохранения дорогого лично ему уголка. Ведь с сохранения малой родины всё по-настоящему и начинается. Дальше приходит осознание более сложных ценностей. Почему, например, важно спасать памятники деревянного зодчества в заброшенных деревнях Русского Севера? Не только потому, что это памятники древнерусской архитектуры, хотя, конечно, это очень важно. Но и потому, что когда-нибудь если не мы, то наши потомки туда обязательно вернутся. В этом северном крае был и остается форпост нашей культуры и самосознания.
Общество охраны памятников также возвращается к своим «истокам». Расширяет влияние и ретранслирует ценности, убеждения и знания о богатейшем культурном наследии народов России. Увлекает за собой не только специализированные структуры и сообщества, но и новых людей, возможно, только начинающих осознавать свою культурную самоидентификацию и ценность наследия.
Чем больше будет появляться людей, ответственно воспринимающих историко-культурное наследие, готовых деятельно участвовать в его сохранении, тем эффективнее и быстрее будут происходить все качественные изменения в самой сфере. Тогда, я убежден, и у нас на полную мощность заработают механизмы, которые так результативно действуют в Европе. Например, проекты по сбору народных средств на реставрацию.
Так, шесть с половиной тысяч интернет-пользователей из 45 стран мира всего за пять дней собрали 500 тысяч евро, чтобы выкупить и отреставрировать французский замок Мот-Шанденье, пришедший в упадок. Каждый, кто вкладывался в проект, становился акционером и получал право следить за восстановлением замка.
В современной России аналогичных масштабных общественных проектов пока нет. И дело вовсе не в отсутствии каких-то правовых механизмов или экономических предпосылок. Причина кроется всё в той же «неосознанности» ценности наследия у большинства населения страны.
Недавний хороший пример – спасение старинных вывесок в Москве, обнаруженных в процессе благоустройства города на Покровке, Остоженке и в Кривоколенном переулке. Вывески спасали всем миром, помогали кто деньгами, кто работой. В Кривоколенном вокруг строительных лесов, где работали реставраторы, постоянно толпились прохожие. Кто-то фотографировал, кто-то пытался узнать подробности, кто-то читал надписи на растянутом тут же плакате. А кто-то прямо на месте перечислял деньги на реставрацию.
Я надеюсь, что однажды забота об историческом наследии станет частью мейнстрима в масштабах всей нашей большой страны. Как только эта тема станет по-настоящему общественно значимой, все необходимые инструменты и ресурсы найдутся. А значит, главный вопрос и точка приложения наших сил – не в деньгах, а в сознании человека.